Очередной блик от иллюзорности неба Дома Стали отразился на белом лице Бинрея, представляя собой размытое изображение фантастического пейзажа. Мотоцикл мчался по серым дорогам, аккуратно обгоняя различного рода транспорт, которым была наполнена эта часть города. На дворе уже наступил вечер и уличные фонари издавали мягкое синее свечение, не оставляя «пощады» для сумеречных теней. Звук двигателя издавал время от времени «рычание хищного животного», то ускоряясь, то замедляясь в движении. Неоновые и голографические вывески вечерних и ночных заведений уже разгорались во всю, наделяя прозаичную атмосферу ощущением грустного романтизма.
В голове киборга как всегда творился хаос, в котором ему, каким-то образом удавалось разобраться. Он понимал, что черту осторожности и дозволенного в расследовании их компания уже перешла и теперь стоит быть по максимум осторожным. Каждый неверный шаг может оправить его на металлообрабатывающий завод, где его разберут по винтикам и сплавят в прекрасный домашний тостер. Очередной поворот заставил Бинрея выйти из своих раздумий и резко затормозить перед пешеходом, чье лицо изображало смесь испуга и гнева на лихого мотоциклиста. Еще немного и я бы превратил бы его тело в прекрасный омлет с мясом на ребрышках.
Время не стояло на месте, так, что Грин резко дал газу, как только гражданин Стали перешел улицу: путь лежал к апартаментам Онаса, где ему предстоял не очень приятный разговор с высокопоставленным лицом Дома Стали. По известной информации, он жил в сотах, как и остальные представители этой касты, но по некоторым догадкам психоаналитика, это можно было бы назвать скорее роскошным дворцом, который располагался в небоскребе.
Сделав очередной поворот, киборг, наконец, увидел нужное ему здание – квартира Онаса находилась на самых верхних этажах или, как принято называть в наше время, это был пентхаус.
Затормозив возле главного входа, Грин сразу же разглядел несколько высоких темных фигуры, чей взгляд сразу же обратился на него: не смотря на то, что один «читал газету», а два других «разговаривал между собой», можно было понять, что они были замаскированной охраной. Открывая дверь, в последний момент Бинрей заметил передатчики у них на руках, в которые они только, что сообщили о его приходе. На первом этаже его ждал администратор за своим высоким рабочим столом – его рука резко потянулась вниз и застыла там, нащупав курок от пистолета. Не дав и слова промолвить киборгу, Грин сразу же решил представиться, вытаскивая свое удостоверение агента СБС.
- Здравствуйте. Я Бинрей Грин, агент СБС, прибыл по делу к господину Онасу.
Металлическое лицо администратора углубилось во тьму, спрятавшись от освещения холла данного здания.
- Простите, но господин Онас не предупреждал о вашей встрече. Так, что я не могу вас пропустить…
- Сообщите ему сейчас о моем приходе. Это дело касается личной безопасности каждого в доме Стали и вас в том числе. Я не хочу сюда приходить с ордером.
Эти слова заставили пробежать по телу администратора холоду, который, достигая головы, превратился в микро выражение гнева. Грину пришлось подождать несколько минут, пока Онас был проинформирован по телефону об его неожиданном госте.
- Можете проходить.
В сознании Грин хитро и дерзко улыбнулся, как бы гордясь своим превосходством над остальными в этом помещении. Лифт сам начался двигаться на нужный этаж, не давая возможности выйти раньше и устроить здесь неприятную потасовку. Доехав до пункта назначения, Бинрея вновь ждала охрана у двери нужного ему лица. Два неподвижных титана закрывали проход своими мощными телами, которые так и излучали различными военными новинками. Они были покрыты заменителем кожи и практически полностью имитировали человеческие образы мужчин. Разработчики даже постарались сделать качественный волосяной покров на их лице и верхней части черепа. Только вот мимика лица явно пострадала, ибо за несколько секунд психоаналитику не удалось заметить общим счетом ничего. Хотя, для человеческой охраны это тоже присуще. Два «шкафа» посмотрели сверху вниз на киборга, намекая на предъявление его удостоверения. Стараясь быть максимально осторожным, Грин спокойным движением руки вынул электронный светящийся предмет, на котором был знак СБС и трехмерная модель головы и части плеч агента Грина. Уста одного из них открылось и, оттуда прозвучала просьба сдать огнестрельное оружие.
- Сэр, вы обязаны оставить ваше оружие здесь, для обеспечения безопасности господину Онасу .
Тупоголовые пылесосы, я обеспечиваю безопасность…. Ладно, спор с ними все равно может закончиться ненужной мне разборкой.
Вынув свой револьвер из кобуры, Бинрей протянул его охраннику, заранее поставив на хитрый идентификационный замок.
Так будет спокойней мне.
- Теперь можете пройти, господин Онас ожидает вас. – На этих словах охранники расступились, и дверь автоматически открылась перед лицом киборга.
Как он и предполагал, площадь этих апартаментов была нереально большой, к тому же в дальнем углу гостиной виднелась лестница, ведущая либо на второй этаж, либо на крышу дома, где, скорее всего, находились все излишества богачей. Сделав пару шагов вперед, Грин увидел фигуру у кона, в руке которой был бокал, наполненный черной жидкостью.
-Добрый вечер, господин...
- Просто Бинрей.- Киборг сделал пару шагов вперед, став немного ближе к представителю Дома Стали.
- И так, Бинрей, что вас привело ко мне? – Холодный голос Онаса мог заставить даже самые твердые сердца вздрогнуть от небольшого внушаемого ужаса.
- Меня привело сюда дело об убийстве Алциуса…- Не успел договорить, Грин был резко перебит голосом представителя Дома Стали, в котором вновь чувствовалось эта необычная жестокая нота.
- Я уже думал, что меня никогда не спросят об этом. – Он отошел от окна и присел на диван – и я надеялся, что делом будет заниматься, кто-то посерьезней, нежели психоаналитик из СБС.
Внутри Грина вдруг зажегся огонь опаски и страха, его рука автоматом потянулась к кобуре, но он тут- же вспомнил, что отдал свое любимое оружие при входе.
Изящно отпив из бокала и сдержав строгую паузу, Онас вновь начал говорить:
- Вы удивлены, что я знаю про вас? Не стоит. Мое положение позволяет мне прослеживать все важные дела в Доме Стали и, я вам должен сказать, был удивлен тому, что порученное вам дело начальником СБС было непонятным образом заморожено на время, а ваша персона исчезла на время из виду ваших коллег. И вот, вы замкнули логическую цепочку, придя сюда и стараясь, что-то разузнать. Вы, наверно, еще и надеетесь, что я дам вам ответы на ваши вопросы….
На последнем слове Грин решил, что пора перебить самодовольный монолог Онаса своей дерзостью:
- Не надеюсь, а знаю. Только вот меня удивляет факт того, что вы со своими возможностями не предприняли ничего для помощи в продвижении этого дела. Вы посчитали своим долгом сидеть в кресле и показывать все свое могущество обычному работнику дома Стали?
На лице Онаса вдруг возникла улыбка, которая заставила Бинрея еще больше насторожиться.
- Обычного киборга? Вы явно себя недооцениваете. Но об этом чуть позже. Насчет моих связей – меня не беспокоит безопасность или ситуация в других домах, это их личные проблемы, на которые у меня нет права влиять. Да и вам бы я дал совет – не стоит лезть, в такие дела, они «пахнут» не очень приятно им сулят плохими последствиями.
- Может быть. Но бездействие и равнодушие будет означать сознательную смерть в этом мире. Мне и так пришлось один раз умереть изнутри и родиться в такой ипостаси. Ситуация между домами и так накалена до предела, кажется, что-то пузырь внешнего мира лопнет и выльется вся грязь и ненависть наружу. Такие инциденты добавляют тьмы в этот «пузырь», натягивая его оболочку еще больше. Моя обязанность следить за безопасностью граждан Дома Стали.
Онас спокойно пил свое пойло, поигрывая им на дне бокала и всматривался на уличные огни зданий, пока Бинрей не перестал говорить:
- Меня радует ваше умение рассуждать и убеждать людей, но ваши глубоко философские ходы на меня не действуют. У нас с вами абсолютно разные взгляды на этот мир – кто-то стремиться выжить, и обеспечивают безопасность только близким людям, высказывая свой эгоизм и безразличие к другим, а кто-то считает своим долгом бросаться в огонь ради чужого ребенка, зная, что может пожертвовать собой. Я никогда не утверждал о своем геройстве или альтруизме, нет, напротив, я играю роль, которую мне уготовила эта настольная игра, как, в общем, и вам. Все равно вам не удастся особо повлиять на все события, которые происходят в стенах города, ибо мы с вами не значительные персоны относительно глобальности трех правителей и их близких подчиненных.
- То есть вы считаете, что это дело не влияет на общую картину в Домах? – Бинрей насторожился, когда Онас встал и направился к нему.
- Именно так Бинрей. Вы лишь тратите силы попусту.
- Тогда вы можете мне рассказать все, что знаете. Это не нарушит ваших правил насчет эгоизма, ибо общая ситуация в Домах останется не изменой.
- Знаете Грин, я давно не мог подискутировать с человеком. – Онас встал так, что его лицо немного выглядывало из профиля Бинрея. Следующие слова он произнес шепотом. – Но, вам следует быть осторожным со своими поступками, дерзостью, небольшой наглостью и уверенностью в себе. Это мир хищников и каждый ищет повод совершить рывок в сторону жертвы, раздирая ее на части. А пока, вот, бумаги, на которых изложено все, что вас интересует. И не задавайте лишних вопросов, откуда мне известно, что именно вас интересует. А теперь позвольте мне удалиться, меня ждет свежая порция отдыха. Хотел сказать, что такой вы мне больше нравитесь…
С этими словами входная дверь замкнулась перед лицом киборга, а охрана сделала намек, что ему пора отваливать.
Заводя свой мотоцикл, Грин не мог отойти от беседы и последних слов Онаса – все это было настолько запутанных и сложным, что казалось, даже самый искусный паук не смог бы распутать такую «паутину». Да и последние слова потрепали обыденное внутренне спокойствие Грина…
